Суббота, 31 Октябрь 2020 00:00

Кинопоэзия: исследуем образ. Отзывы со встречи

  poster

18 октября в 17.00 в рамках авторского проекта протоиерея Евгения Прохорова «Кинопоэзия: исследуем образ» состоялся просмотр и обсуждение теленовеллы «Гена Пройдисвет» из фильма «Шукшинские рассказы». Предлагаем вашему вниманию отзывы участников проекта.

Надежда:

В научной библиотеке им. Молчанова-Сибирского 18 октября после полугодового перерыва собрались участники авторского проекта протоиерея Евгения Прохорова: «Кинопоэзия: исследуем образ». Интересно и необычно проходят наши исследования - они ничем не напоминают традиционных диспутов. Автор проекта поставил перед нами очень значимую цель: каждый имеет возможность выразить свою точку зрения, свое видение, восприятие образов, ситуаций, композиционных построений, идей автора. При этом каждый раскрывается личностно и восполняет других богатством своего миропонимания. Здесь мы не спорим друг с другом, не отрицаем видение собеседника, а обогащаемся им, если понятно и приемлемо. А если непонятно или неприемлемо – пытаемся понять, почему человек так увидел, так понял, так воспринял. Это раздвигает границы и восприятия художественного произведения, и восприятия соприкасающихся с нами людей. Так и рождается общность: единство, в котором каждый – значимая личность.
Фильм Аркадия Сиренко «Гена пройдисвет» по мотивам рассказа Василия Шукшина через юмористичные ситуации сюжета ставит перед зрителями серьезные вопросы бытия, которые по-своему озвучивает отец Гены: «Человек, он что, достиг возраста и смяк телом. А голова еще ясная, какие-то вопросы хочет решать: тут и начинается. Один на вино надвигается, башку туманит, чтобы она ни на какие вопросы не дыбилась. Другой… Кто куды, лишь бы башка не пустовала…». Каждый герой фильма ставит свои вопросы и ищет свои ответы. Но у каждого эти свои вопросы отражают проблему присутствия человека на Земле.
С первого взгляда противоречивы решения этой проблемы у Гены и его дяди Григория. Гена считает, что Григорий «ударился в религию» из-за желания уважения и лжет себе и другим и, если бы верил, то молчал бы об этом. О себе же думает, что он не хочет врать. Бросил институт потому, что чувствует, что это ему «не позарез» и претворяться не надо. И ищет себя, не давая себе отчета за свои поступки, в которых он все же претворяется. Дядя Гриша же считает, что все суета, что он нашел себя в религии и вот в этом своем понимании веры он и живет. Гена рвется в мир, а дядя ушел в себя.
Однако, Гена признает, что у него с дядей Гришей близкие натуры и что он, когда был маленьким, хотел быть как дядя. Гена кажется открытым, хотя слышит только себя, и дядя Гриша тоже не может услышать Гену, его боль метания. Если дядя Гриша по-своему, неумело рвется к Богу, готов драться за свое восприятие веры, то и Гена тоже не равнодушный атеист. «Мне бы тоже чего-нибудь хотелось, но я не знаю, что надо для этого. НО НА БОГА МЕНЯ НЕ ХВАТИТ.» Его возмущает дядино юридическое понимание и Бога, и веры: «А что ты с Ним сделал? В горшок глиняный превратил, щи сварить. Ну как про тебя думать-то. Я же уважать тебя не могу. А вся твоя жизнь достойна уважения…» Здесь боль души и за Бога, и за дядю. Одинаково они поступают и в примирении. Если Гена отказывается принимать дядину рубашку, то потом все-таки одевает ее, но и Григорий сначала отодвигает «рюмку примирения», а затем пригубил.
Есть в этом фильме и другие персонажи, которые по-своему решают задачу человечности человека. Администратор – в исполнении своих функций. Отец Гены гордиться своей работой, своей нужностью для других. Дочка Григория надеется встретить своего человека, «просто кто-нибудь» ей не нужен, но, в то же время, душевно понимает и принимает людей разного склада. Присутствует незримо в данном фильме мама Гены, которая при жизни согревала сердца людей своими песнями. Но и при уходе в иной мир она продолжает и согревать, и умиротворять, и направлять.
Авторы фильма (и Василий Шукшин, и Аркадий Сиренко) не делают выводов, но оставляют нас в задумчивости и дяди, и племянника. Здесь мы все.

Данил:

Периодически слышится утверждение о том, что хотелось бы однажды успокоиться и найти определенность. С другой стороны, я для себя вижу важную часть пути в том, чтобы понять, а чтобы понять - нужно исследовать. А исследовать — значит усомневать свое понимание и понимание других.
Печально, что человек, укорененный в вере, в фильме показан крайне неприятно. В момент ярости и финального высказывания о всадниках апокалипсиса, он крайне похож на Кощея Бессмертного… не знаю, к чему возникла эта ассоциация. Но она есть. Кощей — это живой труп. Почему же Дядя Гриша, человек, обрётший веру под конец жизни, в чем-то похож на него?
Дядя Гриша строит модель горнего мира по принципу нашего. Дескать, здесь мы под наблюдением, а там есть вышнее наблюдение. И здесь отчеты, и там вышние отчеты. Чувствуется фальшь. Мы как будто просто сменили царя. Кланяемся не вассалу, а его начальнику. Странна сама идея того, что мир тот, в сущности, такой же, что сидит там Царь Небесный и правит… а мы тут в песочнице. Возможно, именно это Гену из себя и выводит.
Гена уверяет, что дядя Гриша неверующий. Здесь как раз концепция работает, что 60 лет прожил… понял, что этот мир, это государство конечны, и решил себе место заслужить в Царстве Небесном, и потому рупором стал его. Поскольку взгляд остался чисто земным, то и получилось, что в Царстве Небесном у дяди Гриши все точно также… Все тот же администратор сидит.
Можно сказать, что в каком-то смысле метанойя (перемена ума) у дяди Гриши не произошла. Произошла ее иллюзия. Гена прекрасно видит иллюзии, поскольку постоянно рядом с ними крутится. Постоянно в прямом контакте. Более того, можно сказать, что часть его натуры — это радикальная честность. Она словно требует того, чтобы он ввязался в спор с дядей Гришей.
Может быть Дядя Гриша и сам в действительности не видит эту иллюзию? Он не замечает, что он в Матрице, и, как всякий подключенный к ней, активнейшим образом ее защищает. “Разум цепляется за привычное” - говорит Морфеус, персонаж "Матрицы".
Гена видит, что в голове Дяди Гриши такая же модель мира-государства, только отлитая в золоте. Она же надмирна и идеальна (поскольку связана с Божественным). Ее невозможно ругать. Пока модель мирская, ее ругать можно, администраторов, систему и пр., но как только мы отливаем ее в золоте, то получаем золотого тельца… вечного и неизменного, в котором все те же камеры, все те же администраторы. Даже принципы взаимного груминга те же. Набрал ряд формальных признаков верующего и стал уважаемым человеком для тех, кто только по таким формальным признакам судит. Подобно лычкам или значкам отличия в партии. В такого Бога действительно не хочется верить. И в этом правда Генки. Интересная мысль на тему из беседы митр. Антония Сурожского с атеистом:
«Анатолий Максимович: ...Я не верю в Бога злого, мелочного, глупого и самовлюбленного, Который наказывает людей за то, что они не исполняют формальных правил, нарушая при этом элементарные нормы, Им же установленные или установленные религиозным учением, Который якобы получает удовлетворение от того, что люди во славу Божию творят зло, независимо от того, идет ли речь о массовых убийствах, религиозных войнах или еврейских погромах или просто о том отношении, которое иногда проявляют верующие друг к другу и к неверующим по чисто формальным причинам. Я не верю в Бога, Который допускает и якобы даже получает удовлетворение от того, что Ему постоянно лгут. Такого Бога, по-моему, нет и быть не может...
Митр. Антоний: Я думаю, что ничего не могу сказать против отрицания такого Бога». 
Можно сказать, что Гена — это представитель мира думающего, сомневающегося и ищущего. Все ему нужно усомнить и дойти до края, как он сам говорит. Его дух мечется и ищет. У этого духа, наверное, по определению не может быть гавани. Не может быть покоя. Вроде бы это и есть жизнь. Постоянное изменение. В противовес “Кощейству” дяди Гриши. Это война. И война, наверное, бесконечная. Причем скорее всего именно Генка всегда будет ее инициатором и разжигателем активного разговора… который без чего-то важного всегда перейдет в рукоприкладство.
Есть в этом фильме еще один персонаж, который выступает инициатором примирения в момент активного разговора, перешедшего в рукоприкладство — Нюра. Она, как персонаж для меня не до конца понятна. Вроде бы и Генку она считает одним из модернистов, у которых все сложно и непонятно, но и особого трепета по отношению к фундаментализму дяди Гриши не испытывает. Плеер слушает, в кино ходит… Не хочется закрывать все простыми и всем известными словами. Вроде бы ее действие очень похоже на действие Любви. Она здесь выступает как объединяющий фактор, действующий меж двух огней. Будто бы живет только здесь и сейчас. У нас нет ее мыслей. Нет ее взглядов. Ее вообще, как будто нет без конфликта Гены и Дяди Гриши.
В конце фильма есть озарение Генки: “Вы не лжете, у вас самодеятельность. И у меня сплошная самодеятельность. Вот так номер. Вот так номер...”. И дальше вспоминает песню, которую пел у бассейна. И это все… это конец. Конец сомнениям и конец уверенности. Остается только смотреть в пустоту.
Или быть может в полноту бытия. Полноту пути человека сквозь жизнь.
Как будто усомневается путь дяди Гриши… путь Генки. Насчет пути Нюры я не могу сказать. Вне их ее пути как бы и нет. Получается, что вот три пути. Вместе.
Как прошлое, будущее и настоящее, переплетены и нераздельны. А по отдельности (или по двое) не существуют… или искажают. Самодеятельностью занимаются, что - ли.

Анастасия: Отзыв о новой встрече, о новом кино, о новой поэзии.

"38 Вы слышали, что сказано: око за око и зуб за зуб.
39 А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую;
40 и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду;
41и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два."

Евангелие от Матфея, гл 5, ст. 38-41

Наверное, эти слова о щеке и рубашке являются самым ярким примером того, как слова могут "раздирать" людей. "Раздирание" может происходить, как и в одном человеке, так и между людьми. Эти слова мы, православные, часто толкуем как смирение перед обидчиком. Либо делаем очень умный вид, намекая на то, что все настолько иносказательно, что другие, атеисты смертные, не поймут вовек.
"Ты готов подставить щеку обидчику, православный?"
"Ну, это же в переносном смысле..."
"В каком?"
Жонглируя этими словами, сами заводим себя в тупик. Какой же тут переносный смысл? Мы хоть чуть-чуть даем себе отчет в том, что делаем и говорим?
Аркадий Сиренко в одной из своих новелл по Шукшинским рассказам пытается показать картину нашего "понимания". Генка Пройдисвет, беззаботный молодой человек, приезжает в деревню к своим родственникам. И узнает, что его дядя, крестьянин, всю жизнь посвятивший работе и труду, стал христианином.
И вот поле разговора дяди и племянника, вспаханное долгими годами, золотое от спелой ржи, полное свежего ветра и свободы, оборачивается полем битвы, бессмысленной и беспощадной. Генка-то считает, что дядя и о Боге ничего не знает, что славы людской под конец жизни захотел, что лжет и себе, и племяннику. Да как с этим не сражаться? Дядя Гриша, наоборот, видит в Генке чуть ли не вестника апокалипсиса, безбожника, нарушителя его спокойной православной жизни.
Не до подставленной щеки там, после недолгого разговора бьются не на жизнь, а на смерть.
А подставь дядя Гриша щеку, как бы все развернулось?
Щека мягкая, живая. Она удары хорошо чувствует. А Слово, Живое Слово, разве не такое же чувствительное, когда обитает в человеке? Наши мысли и убеждения, наш опыт соприкосновения со Христом создает эту прозрачную тоненькую кожу, под которой по голубым жилкам течет Слово. А когда тебе придется рассказать кому-то о Христе, ты должен быть готов, что со всего маху чья-то грубая рука даст пощечину. Не легче ли получить ее по обычной щеке?
И рубашку потребуют отдать. Не из хлопка, конечно же. Страшно снимать с себя свои рубашки-убеждения, верхнюю одежду-аргументы, ведь и под ними - живая кожа. Там твой личный опыт, соприкосновение. Но только так наш собеседник может поговорить с нами, а не с рубашкой и верхней одеждой.
Вернемся к дяде Грише. Из услышанных слов он сделал себе латы, облекся в них, словно Кощей (образ подсказал Данил Апанович), и теперь существует в этой броне. Хуже всего будет в том случае, если под латами не окажется ничего. А если там бьется жизнь, тихо и осторожно, если шлем из своих убеждений можно немного приподнять и посмотреть на своего непутевого, но родного племянника, значит не все потеряно.
Помоги Господи вовремя отдать рубашку и подставить щеку, чтобы живым людям общаться с живыми людьми.

 

 

Добавить комментарий
  • Комментарии не найдены

Войдите!

Войти  \/ 
x
Регистрация  \/ 
x

Последние комментарии

Сайт попал в списки каких-то спам-ботов, поэтому пришлось вставить капчу для незарегистрированных по...
Comment wall в Материалы Joomla
Гость - Мария
Все замечательно, но может хоть свой православный народ будет любить СВОЙ язык? Если слово "Фонтан" ...
Здравствуйте! Приносим извинения. Действительно контакты не указаны... По всем вопросам можно обраща...
Comment wall в Материалы Joomla

Последние ответы на форуме

Опубликовал KBasil
Не то ищете. Ищите лучше будущих благ. Иоанн Златоуст в помощь.
COM_EASYDISCUSS_X_YEARS_AGO
Опубликовал KBasil
Ой надо же. А у нас говорят, кто нас корит тот нам дарит а кто хвалит тот у нас крадёт.
COM_EASYDISCUSS_X_YEARS_AGO
Опубликовал Olyenka
Что-то тишина ))) но у меня есть хорошие новости, кому-то из деток нашли шефов, и у некоторых уже завязалась переписка. это здорово! Но есть и другие детки, которые еще ждут: Никита Д, ноябрь 98,
COM_EASYDISCUSS_X_YEARS_AGO